4 Декабря 2014 16:11

Шлеменко: Самое главное — сделать из поражения правильные выводы

Шлеменко: Самое главное — сделать из поражения правильные выводы

Российский боец смешанных единоборств, бывший чемпион Bellator в среднем весе Александр Шлеменко в прямом эфире Спорт FM. 

Какой же замечательный собеседник пришел к нам в гости в этот понедельник, в первый день зимы 2014—2015 года, который запомнится абсолютно каждому слушателю Спорт FM! Ведь сегодня у нас в гостях большой профессионал своего дела, экстремал с большой буквы, российский боец смешанных единоборств, бывший чемпион Bellator в среднем весе Александр Шлеменко. Здравствуйте! 

Шлеменко А.: Здравствуйте!

Мне вот больно говорить слово «бывший». Это было болезненно не только для вас, хотя вы очень пострадали, но и для всей армии ваших поклонников. Как вы сами переживаете это поражение? 

Шлеменко А.: Если честно, переживаю очень болезненно. Но в 2015 году верну все, что потерял в 2014-м. 

Это отличная уверенность! Я много прочитал ваших интервью, высказываний, статей о вас. Что говорить, вы один из лучших российских бойцов, и не только российских, но и всего мира. Все задаются вопросом, зачем вам нужна была эта практика с Тито Ортизом. Зачем нужно было менять весовую категорию? Вы для себя на этот вопрос ответили?

Шлеменко А.: Я боец. Почему бы и нет? Для себя я этот вопрос поставил так: я знал, кто такой Тито Ортиз, мне всегда было интересно попробовать себя в более тяжелом весе — я попробовал.

Будете еще пробовать или пока хватит?

Шлеменко А.: Это будет видно по тому, как будет развиваться моя карьера.

Вы говорили, что особых диет не придерживаетесь, потому что вам особенно вес сгонять не надо — вы это делаете за два дня. Что было в случае с Ортизом? Вам, наоборот, нужно было набирать килограммы?

Шлеменко А.: Ну да. Я так и не набрал. Я весил 90 кг на момент боя. В большей степени все произошло из-за того, что я чуть-чуть неправильно стал питаться. И что с Ортизом, что с последующей битвой за пояс, я думаю, виной было именно это. Просто неправильно подошел с точки зрения питания и не смог соответствовать уровню. 

Почему решили сменить систему питания? Я читал о том, что вы всегда предпочитали мясные блюда, у вас в семье лепили пельмени, любили манты. Но вы по каким-то причинам перешли на сыры. Такая специфическая диета: сыры, орехи и прочее.

Шлеменко А.: Да, я вообще перешел на вегетарианство. Сыры я особо не ел, я вообще старался есть меньше продуктов животного происхождения. Почему? Потому что много информации в интернете увидел. И по той информации выходило, что я должен стать сильнее, должен перейти на другой энергетический уровень — такие чисто теоретические моменты. Но, к сожалению, за шесть месяцев я становился только слабее — я так считаю.

А почему вы не поменяли после Ортиза эту систему?

Шлеменко А.: Потому что говорят, что шесть месяцев — это очень мало. Должно пройти больше времени. Как минимум год, чтобы я начал чувствовать какие-то изменения. Но, к сожалению, сейчас я могу лишь констатировать, что у меня нет столько времени, я не могу дальше рисковать своей карьерой. Поэтому сейчас я вернулся к тому, как питался до этого. 

Вы сейчас в расцвете сил, вам 30 лет, у вас все впереди. Как минимум лет пять карьеры еще есть.

Шлеменко А.: Я думаю, больше…

После ваших поражений Федор Емельяненко — наш столп, наша глыба — сказал, что видел ваши ошибки. Я прекрасно понимаю, что вы и сами их видели. 

Шлеменко А.: Да.

Какие это были ошибки, недочеты? Он сказал, что может с вами их проработать. Общались ли? Был ли у вас какой-то тренинг? Спарринг навряд ли, но что-то подобное? 

Шлеменко А.: Ну, постоянно, когда видимся — общаемся. Вчера виделись на открытом Кубке Москвы по ММА. И тоже он говорил, что нужно проработать. Но я понимаю, что Федор — очень занятой человек. Сейчас он из спортсмена превратился в чиновника от спорта, он стал лидером, он занимается сейчас важной деятельностью — развивает ММА по России, много ездит… Так-то я бы с удовольствием с Федором позанимался. 

У Федора Емельяненко тоже был период, когда он проиграл несколько боев подряд. У вас было что-то похожее. Вообще, есть ли панацея в таких случаях? Есть ли лекарство, как вернуть все былое? 

Шлеменко А.: Самое главное — сделать из поражения правильные выводы, понять, почему это произошло, что сделал не так. Я сделал выводы, понял, что у меня было не так. Что-то нужно вернуть, что-то нужно изменить. Вообще, по ходу своей деятельности, когда ты ищешь что-то новое — ошибки случаются, они могут возникать. Вот точно так же произошло и со мной. Самое главное — не винить окружающих, не говорить, что это виноват тренер, мол, он меня не так тренировал. Нужно грамотно оценить, что и почему произошло, к чему оно привело. И как дальше правильно развиваться — вот и все.

Вы четыре года не проигрывали. Это какая-то сумасшедшая цифра в вашем-то направлении. 

Шлеменко А.: Ну, я не считаю, что сумасшедшая. Если взять того же Федора Емельяненко — он вообще большую часть своей карьеры не проигрывал. Его не могли победить с 2000-х годов больше шести лет. 7 лет или даже больше он был непобедимым человеком. Других примеров много. Я не ставлю своей целью не проиграть. Для меня нет такой цели. Для меня как можно важнее — провести больше боев. Тот же бой с Тито Ортизом — это и есть то направление. Я развиваюсь в двух направлениях: как тренер и как спортсмен. Практика, которую я получаю от поражений — я передаю её своим ученикам. С ними мы уже не совершаем тех ошибок, которые, к сожалению, совершил я. 

Ну, о тренерстве мы еще поговорим. У вас яркая тренерская карьера уже набрала обороты. А сейчас бы хотелось вернуться к списку ваших побед. Цифра в какой-то степени магическая — 50. Вы на ней остановились. С двух попыток никак не может ее увеличить. При этом вы ударник, человек, который большее количество боев закончил досрочно, с нокаутами. Вы предпочитаете именно такой стиль или считаете, что пришло время меняться, подстраиваться под другие варианты? Особенно после двух поражений. 

Шлеменко А.: Я предпочитал быть ударником, я себя считаю ударником. Я развиваюсь в этом направлении, мой стиль развивается в этом направлении. Конечно же, я борюсь, уделяю этому внимание. Почему? Чтобы соответствовать уровню. Что еще хотелось бы сказать по поводу «магической цифры» — она тоже повлияла, потому что для меня было самой целью именно застолбить такую цифру в честь десятилетия своей карьеры. Я думаю, что все-таки нужно было взять паузу, с Ортизом я поспешил. Я добился той цели, к которой стремился. И дальше я чуть-чуть потерял мотивацию. Мне не понятно было, что дальше? Нужно было определиться с целями — короткосрочными, долгосрочными. А я просто… Ну у меня такой год юбилейный, мне 30 лет в этом году. И ребенку моему один год исполнился, и у жены моей юбилей — весь год юбилейный. И так получилось, что была легкая потеря мотивации. 

У вас был просто феерический 2013 год, вы выиграли наконец-то долгожданный титул — с первой попытки не удалось это сделать. Вы провели огромное количество ярких поединков, где на голову были выше своих соперников. 2014 год — год абсолютного контраста. Как вы это переживаете и понимаете ли, что это возможно перейти, это закончится и вы вернетесь к своим лучшим видам и формам? 

Шлеменко А.: Ну я, если честно, сильно переживаю. Потому что за то время, когда я стал чемпионом, когда я защитил свой титул, у меня появилось в три раза больше поклонников, больше людей, которые на меня равняются, — в России, и не только в России. В большей степени я переживал, потому что подвел их. В большей степени именно из-за этого. Ну и сейчас главная моя цель — вернуть все назад и пойти дальше.

Я не сомневаюсь, что за это время поклонников у вас появилось еще больше, потому что в такие моменты особенно важна поддержка. Так, Омск, ваша родина, передает вам огромный привет. Я знаю, что в этом месяце там открывается ваша школа. Можете об этом рассказать?

Шлеменко А.: Да. Мы планируем ее открыть уже давно… То есть как давно? С этого года начались разговоры. Компания «Газпромнефть» помогает в открытии, в оснащении, финансировании, закупке оборудования. Также губернатор Омской области Виктор Назаров очень хорошо помогает в предоставлении помещения. Сейчас осталось только бумажные дела утрясти с областным министерством спорта для того, чтобы наконец-то открыть школу, где могут тренироваться даже самые маленькие ребята и вырастать уже непосредственно в профессионалов. 

Ваш характер он, конечно, закаляет всех болельщиков. Даже если ты смотришь и ни за одного из бойцов не переживаешь — бывает ведь и такое, когда ты просто хочешь увидеть битву. И смотришь на настрой Александра Шлеменко и волей-неволей начинаешь становиться его фанатом. Наверняка в Омске вас на руках носят, как, собственно, и во всей стране. В Омске вы нашли двух своих учеников, каждый из которых в Bellator также добился своих успехов. Можете ли рассказать, как пересеклись с Александром Сарнавским и Андреем Корешковым — ведь по возрасту разница небольшая? 

Шлеменко А.: Я пришел в клуб «Сатурн профи» в 2006 году, они там тренировались. Там был тренер Владимир Анатольевич Заборовский. К сожалению, в 2007 году он умер. Когда он еще был жив, он говорил, что умрет, а парни останутся и я буду заниматься с ними. Так и получилось. К сожалению, он умер. Парни остались: одному 17, другому 18. Они молодые. Как им жить, что им делать? Они бы растеряны. Так же, как и я был растерян: что будет дальше? Но мы собрались, работали в одном коллективе — как и сейчас. Мы друг другу помогаем, я тренирую этих парней. Как раз в 2006 году я закончил университет физической культуры, я был дипломированным специалистом с большим опытом. Поэтому тренировать парней и себя мне не составило труда.

Александр, насколько легко совмещать свою карьеру, которая сейчас в самом соку, и карьеру этих ребят, которые также набрались опыта? У них ведь и титульные бои уже были. 

Шлеменко А.: Вообще, если честно, это нелегко. Всегда совмещать какие-то дела очень трудно. Но с этими ребятами, скажу честно, мне просто, потому что мы с ними уже 7 лет вместе, даже почти 8. И с ними мне не тяжело, потому что мы очень много пережили вместе, много техники мы вместе изучили. Мне намного сложнее сейчас брать ребят со стороны и возвращаться к тому, что мы уже прошли. И здесь мне с ними просто, повторю, так как уже очень много лет мы вместе, уже очень многое пройдено. И сейчас это не так трудно — два ученика. Вот сейчас я беру еще парней, там уже сложно. Это уже больше отнимает времени.

Если посмотреть на карту боев одного и другого, то не сложно заметить, что Корешков такой же ударник, как и вы. У Сарнавского все-таки есть и удушающие приемы в большом количестве. Но при этом за титул чемпиона с первой попытки Андрей Корешков проиграл. Я читал, что это поражение вы переживали больше, чем свое.

Шлеменко А.: Да, так всегда получается, я всегда переживаю как победы, так и поражения. Потому что, во-первых, это всё-таки мои ученики. Во-вторых, я отвечаю перед Владимиром Анатольевичем Заборовским за этих пацанов. Он мне их оставил по наследству, можно так сказать. Это его парни, которых я сейчас продвигаю. За их жизнь, в том числе семейную, и карьеру я отвечаю, как за свою. 

Хотелось бы вернуться к вашему никнейму Шторм. Он остается неизменным. Как выбирали? Кто-то подсказал? Каким образом оно появилось? 

Шлеменко А.: Мы с моим менеджером Алексеем Желнаковым, когда вышли на американский рынок, столкнулись с тем, что здесь должно быть прозвище. Это так принято. Прозвище есть даже обычных людей — у каждого свое. Я сказал: «Может быть, это будет Ураган?» Ураган по-английски звучит как «шторм». Шторм — и по-русски, и по-английски начинается с первой буквы моей фамилии. Оно мне подходит по стилю. Так это прозвище за мной и осталось. 

И оно прижилось! В Америке всегда тяжело выступать, особенно русскому парню.

Шлеменко А.: Ну да…

Bellator ведь проводится там. Насколько тяжело, а может быть легко, давалась вам поддержка и антиподдержка? 

Шлеменко А.: Ну, мне было несложно выступать. Я еще заметил, что, когда я только начал заниматься спортом, почему-то мои бои многим нравились. Даже пусть я был не очень техничным.

Красочная ударная техника!

Шлеменко А.: Ну, не скажу я, что я супертехничный ударник. Но что-то все равно привлекает. Может быть, интрига самого боя. Потому что все мои бои проходят с какой-то такой интригой, их интересно смотреть. В Америке я столкнулся с тем же. Моя карьера там развивалась. Даже если я и проигрывал, то показывал красочные бои. Это профессиональный спорт, это самое важное. Когда я начинал выступать, против меня был весь зал. Впервые я с этим столкнулся в Бразилии. Но к концу боя все были уже за меня, они меня поддерживали. Потому что была интрига. Это была война. 

Вы, как ударник, нередко идете в размен. И мало кто может с вами в этом плане конкурировать. Были бои, которые вы заканчивали чуть ли не с закрывшимися глазами. Насколько вот здесь тяжело? Насколько здесь вообще можно отгадать расположение соперника? 

Шлеменко А.: Ну, я и говорю про это: в ударном стиле тяжело работать. Намного проще работать в борцовском стиле — бросить, подержать где-то, с меньшими потерями выйти из боя. Но при этом все равно запоминаются именно такие бои — тяжелые, красочные, интересные. Когда люди не просто работают на очки, а когда хотят выиграть досрочно, хотят выиграть явно и красочно.

Уже несколько слушателей задали вопрос, который я вам обязан задать: насколько велико желание выступать в UFC, каковы перспективы? Ну и, прежде чем вы ответите на этот вопрос, задам другой: если сравнивать UFC и Bellator — какой турнир сильнее?

Шлеменко А.: Каждый, как хочет, может сравнивать. Я могу сказать о людях, которых я видел в Штатах — бойцов я имею в виду. Для них нет никакой разницы, где выступать. Им все равно, будет ли это UFC, Bellator или какой-то другой турнир. Самое главное для профессионала — чувствовать себя хорошо, получать достойно за свою работу — это самое важное. Именно для американцев нет разницы. У нас люди часто ведутся на маркетинговый ход. Конечно же, любая организация пытается сказать, что она лучшая и самая сильная. Хочу ли я выступать там? Я хочу драться и выступать с самыми сильными. А что будет дальше? Я не могу сказать. Может быть, завтра не будет организации UFC. Когда-то организация «Прайд» была самой сильной. И все хотели там выступать. Но она прекратила свое существование.

Давайте поговорим о вашем предстоящем противостоянии — 20 декабря. У этого противостояния тоже есть определенная интрига. Присоединяется к нашей беседе президент промоутерской компании Fight Nights Камил Гаджиев. Камил, здравствуйте! 

Гаджиев К.: Добрый день. 

Мы с вами общались, и общались неоднократно. И еще примерно год назад вы говорили о том, что Александр Шлеменко будет презентован на проекте Fight Nights. Тогда не получилось. Это долгая история, тяжелая. Но наши аплодисменты от болельщиков — наконец-то это сбылось! Расскажите, как вы шли к этой встрече. 

Гаджиев К.: Спасибо большое. Я бы, конечно, хотел бы принимать аплодисменты 21 декабря, когда все это будет в прошлом. Но можно констатировать, что мы вышли на финишную прямую. Действительно, то, о чем мы все так долго думали, мечтали, о чем мечтали российские болельщики, вот-вот свершится.

Соперник Эномото — он и тогда планировался? Сейчас бой состоится?

Гаджиев К.: Если за эти две недели не произойдет ничего из ряда вон выходящего, то все будет, как мы задумали. Ясубей Эномото также прибыл в Москву, сегодня он здесь, и ему предстоит ряд мероприятий, посвященных будущему поединку. Если говорить о выборе соперника, то он неочевиден. Почему? Потому что нужно быть специалистом или болельщиком, чтобы понимать и разбираться, почему именно эта пара. Ну, скажем так, выбор закономерен: два спортсмена в одной весовой категории, есть интрига. А интрига, наверное, самое главное, нужно, чтобы к турниру был определенный интерес. И плюс самому Александру, который сейчас справа от меня, было бы интересно поработать с Эномото.

Я, кстати, неоднократно видел Александра в качестве приглашенного гостя на проектах Fight Nights. Вы бывали на них? 

Шлеменко А.: Нет, к сожалению, не был, но я следил за этим турниром всегда. Мне всегда нравилось, как он проводится. Я видел первые турниры, видел, с чего они начинали. И мне вообще, могу сказать, нравится модель. Как идет развитие — оно на лицо.

Вы привыкли в клетке драться в последнее время. Здесь все же предполагается ринг…

Шлеменко А.: По-моему, клетка. 

У вас клетка будет? Мне казалось, что в прошлый раз ринг был.

Шлеменко А.: Я думаю, вы сейчас вспомнили про бой Хасикова и Замбидиса — одно из ярких событий этого года. Там был ринг, это обусловлено тем, что ребята — боксеры, участники главного боя. А сейчас это клетка, и мы, в принципе, уже давно находимся в этом формате. 

Все, теперь я все расставил в своей голове. В прошлый раз это точно был ринг, я от этого отталкивался. Но в таком случае будет проще. Как вам соперник? Вы как-то сами принимали участие в выборе? Вам предлагали кого-то? Или уже давно было необходимо встретиться именно с Эномото? 

Шлеменко А.: Ну, я вообще никогда не участвую в выборе соперника. У меня есть менеджер Алексей Желнаков — он занимается моей карьерой. Чем мне интересен сам Эномото? Я считаю, у нас получится очень интересный и зрелищный бой. Потому что все-таки мы те бойцы, которые хотят закончить бой досрочно, хотят выиграть нокаутом.

Вот мы с вами сегодня рассуждали о том, что будет, если пойдет размен. Вот в этом направлении Александр Шлеменко становится с каждым днем, с каждым боем все опытнее. Вы больше просчитываете, это ведь все-таки шахматы. Близкие говорят: «Береги себя, Саш! Ты там поосторожнее!» В случае размена с Эномото как вы будете действовать? Пойдете ли вы на него?

Шлеменко А.: Ну, я никогда не избегал разменов. В этом случае тоже не собираюсь. Единственное, хочу сказать, что я все-таки считаю себя ударником. И всегда работаю в этом стиле. Я хочу совершенствоваться. У меня есть свой стиль удара — пускай он отличается от классического. Я объясню почему. Потому что все-таки мы работаем не в классике, не в тайском боксе. Здесь нужно учитывать такие составляющие, как борьба, дистанция, еще какие-то моменты. Мне всегда с детства хотелось драться. Не бороться, а именно драться. И если будет размен, я с удовольствием его приму. 

Да, мы принимаем этот бой! Камил, хочу к вам обратиться. Мы вспомнили прошлый главный бой вечера — Бату Хасиков и Майк Замбидис. Сейчас понятно, что главным боем вечера будем противостояние Александра и его соперника. Что еще будет интересного, что подготовлено в качестве предваряющего противостояние? 

Гаджиев К.: Я считаю справедливой оценку, которую нам дают болельщики, — а именно, что это лучший турнир по ММА в истории нашей компании. Турнир еще не состоялся, но по тем парам, которые мы сумели составить, по напряжению, которое будет внутри, думаю, что мы действительно выполнили задачу. Есть противостояние молодого перспективного российского спортсмена. Магомед Магомедов — очень звучные имя и фамилия — он тоже парень довольно известный, набравший определенный спортивный и медийный вес. Его соперником станет парень из Франции Ксавье Фупа-Покам, который стартовал. Думаю, Саша его неплохо знает. Он участник многих турниров. Интересный, опасный. И это противостояние либо выведет Магомеда Магомедова, как говорится, в дамки, либо его попросят еще немножко оставаться на уровне молодых перспективных бойцов. Еще в участниках Михаил Мохнаткин, который успел полюбиться всем, кто за нами следит. Мурад Мачаев, Абдулкерим Эдилов… Есть парни, которые только начинают — они провели буквально 3–4 боя, их имена еще ни о чем никому не скажут. Но я предлагаю не опаздывать, приходить вовремя. И тогда можно будет увидеть нечто очень-очень интересное. 

Егор пишет: «Александр — великий чемпион! Очень зрелищные бои! Успехов в карьере и в жизни!» Я уверен, что под словами Егора подпишется абсолютно каждый слушатель. И в этой связи, Камил, вопрос к вам. А на сколько вообще контракт подписан? На один бой, на два боя? Это разовая акция с Александром Шлеменко или он чаще будет появляться в Fight Nights? 

Гаджиев К.: Я думаю, мы находимся в прекрасном положении оба. У нас есть определенный багаж отношений, во многом также благодаря Алексею Желнакову. Есть опыт совместного сотрудничества. Здесь речь сейчас не идет о контракте как таковом, речь идет о некоторых совместных планах. Я искренне надеюсь на то, что у Саши все получится. И этот турнир станет для него вдохновением, а не разочарованием. На фоне этого вдохновения, я думаю, мы в следующем году еще что-нибудь соорудим. 

Мы говорили об учениках Александра. Они сейчас в Bellator активно идут к своим титулам. Есть ли перспективы увидеть их в Fight Nights?

Гаджиев К.: Вы знаете, мне нравится модель компании Bellator, которая дает своим бойцам возможность выступать у себя на родине, зарабатывать деньги, получать зрительские симпатии. Вне промоушена Bellator они, безусловно, как и Александр Шлеменко, остаются спортсменами этой организации. Но благодаря такой модели у нас есть возможность этих ребят видеть здесь, в России. Ну, посмотрим. Сейчас у нас состоится опыт на высоком уровне. Хотя и раньше ученики Александра принимали участие в турнирах. Если мы убедимся, что все прошло хорошо, все стороны довольны, обязательно что-нибудь придумаем. 

Кстати, по этому поводу я задавал вопрос Александру: принципиально ли вам как бойцу, с кем драться? Но здесь вы выступаете уже совершенно в другой ипостаси. Вы как наставник, который проповедует яркую ударную технику, так же спокойно относитесь к выбору соперников для своих подопечных? Или здесь будете больше присматриваться, говорить: «Вот этот нам подойдёт. А вот этот — время не пришло». Каким образом вы бы действовали?

Гаджиев К.: Да в принципе так же. Каждый интересен по-своему. Есть такие бойцы, которые, не кривя душой скажу, могут испортить бой. Есть неудобные. Они могут заморозить самый интересный бой, бой будет неинтересен и незрелищен. Вот это, конечно, самое страшное. Это профессиональный спорт, и здесь все-таки должна быть зрелищность. 

Александр, вы кем-то восхищались за время своей карьеры, был ли у вас кумир? Необязательно боец. Это может быть киногерой, актер, отец. Может быть, еще кто-то?

Шлеменко А.: За время карьеры или вообще?

Интереснее на протяжении жизни. Ведь именно так закаляется сталь. 

Шлеменко А.: Почему-то всегда с детства я придерживался правила «Не сотвори себе кумира». Но люди, на которых равнялся, на которых хотел быть похожим, такие были, естественно. С детства меня почему-то всегда привлекали спортсмены. Спортсмены единоборств, ударных стилей, которые выглядят здоровыми, сильными. Которые могут постоять за себя. Нравился мне одно время Майк Тайсон. Также омские спортсмены, которые выступали профессионально. А вот именно переломным моментов в моей жизни стало знакомство с творчеством Федора Емельяненко. В конце 2004 года я посмотрел бои, в которых Федор принимал участие. Я был поражен, что русский человек, такой же, как я, спокойно выступает и является лучшим бойцом мира. И мне показалось, что, может быть, и у меня что-то может получиться в этом направлении. Но и много других иностранных бойцов, тот же Тито Ортиз, мне нравились. Дэн Хендерсон. И многие-многие другие бойцы мне нравились за какой-то свой определенный стиль. И я пытался как-то технику у них подсмотреть. 

Я читал вашу биографию и понял, что вы бы в любом случае стали великим спортсменом. У вас и скалолазание было, и горные лыжи, и много еще всего другого. И, конечно же, единоборства. Вы уже в 15 лет поняли, что хотите этим заниматься или это еще раньше случилось?

Шлеменко А.: Ну, я был фанатом где-то с 95 года именно боев без правил — тогда они так назывались. Мне дарили записи турниров на кассетах. В магазине продавец смотрел бои, я случайно увидел и не понял, что это за бои. Это как раз были первые турниры, они назывались «Всемирный многоугольник» — на кассетах выходили бои без правил. И мне это очень сильно понравилось. Я начал смотреть эти чемпионаты, всевозможные кассеты, которые были. Но я просто не мог представить, что могу этим заниматься. Ну, так сложилось, что повзрослел — нужно было научиться драться, научиться постоять за себя. 

С кем бы вы сейчас хотели бы встретиться на ринге, в восьмиугольнике, в клетке? Есть ли у вас такой оппонент, на которого у вас руки чешутся? 

Шлеменко А.: Ну, чтобы руки чесались, такого нет, но встретиться хотел бы со многими бойцами. Конечно, всегда хочется встретиться с тем, кто № 1 в твоем весе. Потому что я не ношу розовых очков, не испытываю иллюзий, что есть такой человек, который может у всех выиграть. Это единоборства, здесь может выиграть любой. Поэтому, если сейчас кто-то находится выше тебя, то я считаю, что это просто стечение обстоятельств. 

Камил, что еще готовит Fight Nights? Какие еще суперпротивостояния задумала ваша промоутерская компания? 

Гаджиев К.: Противостояние — это битвы 18, 20 декабря. Также мы все дружно ждем дебют Константина Ерохина в январе в Швеции. И много интересных боев. А то, о чем действительно хотелось бы сказать, так это о том, что мы с божьей помощью, с помощью мэрии, с помощью Москомспорта и за счет собственных усилий завтра открываем академию единоборств. 

Это грандиозное событие!

Гаджиев К.: Да, первое подобное учреждение в Москве. Надеюсь, что не последнее. 

Что будет представлять из себя Академия? Каким образом она будет построена? Какая там система?

Гаджиев К.: Система следующая: это культовое место для всех, кто исповедует этот образ жизни, этот стиль — смешанные единоборства. Безусловно, занятия будут проводиться не только по этому виду, потому что есть еще базовые виды спорта, на которых смешанные единоборства основаны. Это как виды спорта борцовские: вольная борьба, самбо, дзюдо, так и ударные: бокс, тайский бокс. Также популярны нынче кроссфит, воркаут. То есть для всех слоев населения, для всех интересов здесь будут группы. В первую очередь база, на которой ведущие российские и московские бойцы будут развиваться. Это место, где будет самый лучший первоклассный спарринг, где будут самые лучшие тренеры, где будут семинары и мастер-классы от известных бойцов. Также планируется много групп, которые будут заниматься с детьми. Это социальный проект. Не для красного словца будет сказано: дети — это наше будущее. Неважно, станут ли они великими бойцами или просто ребятами, которые за физкультуру. 

Интересно, а группы уже набраны или сейчас начнется набор? 

Гаджиев К.: Честно говоря, ажиотаж огромный. Мы его пока вынуждены искусственно сдерживать. Почему? Потому что завтра только состоится торжественное открытие, тренировки уже начались в таком пилотном закрытом режиме. В декабре все это станет на правильные рельсы, дело пойдет-поедет, так что всем милости просим, пользуясь случаем, приглашаю. 

Есть такая киноистория, когда кто-то приходит заниматься в клуб, а впоследствии получает билет в жизнь, выходит на крупнейшее соревнование, которыми становятся Fight Nights. Будут ли шансы у ваших подопечных, у тех, кто придет заниматься? Ну, может, внутренний турнир будет проходить и победитель отправится на Fight Nights?

Гаджиев К.: Вы прямо в корень зрите. Каждые две недели будут проходить небольшие турниры, так называемые селекционные. К слову сказать, завтра же мы один из таких турниров уже проводим. Все это совпало с трехлетием канала «Бойцовский клуб». И мы такой совместный проект запустили. В следующем году это будет командный чемпионат на выявление лучшей команды страны. Но бог с ней — с командой. Кто-то в любом случае победит. Это шанс для всех ребят показать себя. 

Грандиозные планы!

Гаджиев К.: Планы есть, дай бог, чтобы все реализовалось. Нужно немного терпения и везения. 

В завершение беседы хочу вернуться к Александру. Александр, уже год прошел, как вы папа.

Шлеменко А.: Больше даже.

Мне очень понравилось, как ваша супруга сказала, что вы заранее решили, что девочек называет она, мальчиков — вы. Планируете ли мальчика? Имя уже придумали, подобрали? 

Шлеменко А.: Да, естественно, мы планируем много детей. 

Я слышал, четырех.

Шлеменко А.: Ну, хотелось бы, да. Хотелось бы как минимум четырех. Как сказал Камил, дети наше будущее. 

Как назовете парня своего?

Шлеменко А.: Ну, я не хочу забегать вперед. Сначала нужно, чтобы был парень. 

Правильный подход — профессиональный. И в этой части в том числе. Мы вам пожелаем хорошего боя. Пусть отойдут психологически предыдущие неудачные моменты. Пусть 51-я победа состоится, мы обязательно придем 20 декабря. Насладимся вашим хорошим, откровенным, рукопашным стилем. 

лента новостей